valery_3 (valery_3) wrote,
valery_3
valery_3

Categories:

Модник из морга

<p>Hairstylist Vidal Sassoon is surrounded by models, showing his new cuts for 1976, in London, on Jan.23, 1976. The styles are called, clockwise from lower left; The Hummingbird, Question Mark, Feathers, Tomboy and Silver Lady. (AP Photo)</p>

В чем-то он опередил Ива Сен-Лорана и Нину Риччи, но прославился своими скандальными трусиками-стрингами и прообразом бикини – монокини, обнажающим грудь. В моду Руди Гернрайх пришел из морга, где мыл трупы, но быстро в ней разочаровался.

Руди Гернрайх родился в Вене 8 августа 1922 года в зажиточной еврейской семье. Его отец Зигмунд владел небольшим предприятием по изготовлению чулок, а мать вела домашнее хозяйство. Когда мальчику было восемь лет, отец покончил с собой, и помогать маме стала тетка Руди – Хедвиг Мюллер. Она вместе с мужем держала в центре города небольшой магазин женской одежды, куда заходили в основном дамы из высшего света.

Мальчик мог часами сидеть в подсобке магазина, рисуя эскизы новых нарядов, щупая ткани и изучая цветовые сочетания. Тогда же, втайне от взрослых, он стал рисовать и совсем недетские эскизы: от кожаных плавок на подтяжках до экстравагантных дамских чулок. Когда Руди было всего 12 лет, австрийский дизайнер Ладислав Цеттель увидел его эскизы и предложил ему пройти стажировку в Лондоне. Но мать наотрез отказалась отпускать его, считая, что сын слишком мал, чтобы покидать дом.

Когда Германия аннексировала Австрию, Элизабет поняла, что тучи над их головой сгустились до предела, и, упаковав пару чемоданов, уехала в Америку вместе с сыном. Они поселились в Лос-Анджелесе – городе, в который Руди влюбился с первого взгляда. Но райское место вовсе не гарантировало беженцам райскую жизнь. Чтобы хоть сколько-то заработать, Лиз с самого утра стояла у плиты: противни с горячей выпечкой мелькали один за другим. Шестнадцатилетний Руди отвечал за реализацию: вооружившись своей самой очаровательной улыбкой, он ходил по домам, предлагая свежие пирожки и булочки соседям.

Но денег все равно катастрофически не хватало, и Руди был вынужден устроиться на работу. Неизвестно, что именно заставило его в качестве первого места работы выбрать морг медицинского центра Седарс-Синай, но следующие несколько лет парень занимался тем, что мыл тела усопших. «За первый же день в морге я повзрослел, пожалуй, лет на десять. Когда мне говорят, что моя одежда сидит как влитая, предполагая, что я, наверное, учился в медицинском, я думаю: “О да, тема анатомии мне знакома!”», – шутил Гернрайх.

На самом деле Руди, вечерами проводивший время с покойниками, днем изучал искусство в лос-анджелесском городском колледже. Учился он и в неурочное время – ходил к владельцу ателье на Седьмой авеню, который охотно делился с ним своими знаниями и секретами производства одежды. Дизайнер шутил, что «образование его было интересным, но недолгим»: в 1942 году он присоединился к танцевальной труппе Лесли Хортон и следующие шесть лет работал там.

Тогда в Руди, как он сам говорил, «проснулся бунтующий художник, который жаждал свободы». Парень танцевал на сцене, придумывал костюмы и шил их, даже участвовал в постановках, и порой у него оставалось всего пару часов на сон, которые он тратил с сожалением. «Я упивался каждым этапом жизни, мне хотелось узнать обо всех тонкостях моего дела. Увы, когда я забрал все, что мог, я просто потерял интерес», – вспоминал дизайнер.

В 1949 году Руди стал работать в нью-йоркской фирме, где продавали платья и костюмы, как две капли воды похожие на одежду с парижских подиумов. «В те годы Диор, Фат и Баленсиага были богами мира моды, и все равнялись на них, но я все равно никогда не понимал, кому нужно тупое подражание», – вспоминал Руди. Следующим местом работы бунтующего дизайнера были магазины Хэтти Карнеги и Морриса Нагеля, которые тоже не гнушались «вдохновляться» чужими творениями.

Стремление Руди создавать нечто новое каждый раз натыкалось на глухую стену непонимания, и в итоге в 1951 году он начал разрабатывать собственную коллекцию. Тогда же модельер познакомился с владельцем небольшой фирмы по пошиву одежды Уолтером Бассом. Вместе они выпустили коллекцию необычных платьев, которая вскоре стала продаваться в бутике авангардной одежды Jax.

В те годы Гернрайха мало интересовали детали одежды и ее презентабельность – он создавал простые удобные модели из немнущихся материалов, чаще всего однотонные, простых геометрических форм. Впоследствии его «квадратные» платья стали обрастать деталями в виде необычных принтов и смелых цветовых сочетаний. «Я не понимаю и не хочу понимать, что такое гармония цвета – они все достойны стоять рядом и все прекрасны. Я люблю все оттенки!» – говорил дизайнер. В середине 50-х Руди стал работать с Westwood Knitting Mills, для которых создавал модели купальников, и с Genesco, нанявших его в качестве дизайнера обуви.

Спустя десять лет Гернрайх был уже довольно известен: он основал собственный бренд, открыл шоурум на Манхэттене и получил свою первую из четырех премию Coty. Тогда же Гернрайх познакомился с Пегги Моффит – моделью, которая на протяжении долгого времени была его музой. Именно она демонстрировала смелые наряды Руди в фэшн-видео Basic Black, снятом фотографом и по совместительству ее мужем Уильямом Клэкстоном в 1967 году.

Но своего шоурума, пусть даже успешного, Руди было мало. В итоге он нарушил неписаное правило дизайнеров: «не выставлять свои коллекции в сетевых магазинах» – и в 1966 году подписал контракт с сетью Montgomery Ward. Это принесло ему не только деньги, но и бешеную популярность. Американки отдавали последнее за неординарные платья Руди и повально копировали стиль Моффит: делали ассиметричные короткие стрижки, клеили накладные ресницы и худели до изнеможения.

Гернрайх одним из первых стал пропагандировать стиль унисекс. Он одевал женщин в маскулинные костюмы и шляпы, а в 1964 году создал монокини – топлесс-купальник, где вместо закрывающей грудь верхней части красовались две тонкие бретельки. Разумеется, первой, кто продемонстрировал смелый купальник, была Пегги Моффит: ее фото, ставшее культовым, появилось в журнале Women's Wear Daily летом 1964 года. Впоследствии модель не без раздражения говорила, что «за одну секунду, за которую сделали снимок, она платит часами, в течение которых отвечает на один и тот же вопрос: “Как это было?”».

В общей сложности по всей Америке было продано более трех тысяч монокини, но носить их осмелились всего несколько покупательниц, да и те постоянно получали в свой адрес нелестные комментарии. Один из журналистов Los Angeles Times, возмущаясь такой косностью американцев, даже назвал монокини «высказыванием дизайнера против сексуальной объективации женщин, сравнимым с картиной Пабло Пикассо “Герника”, которой художник выразил протест до начала войны». Церковь и модные критики хором осуждали изобретение дизайнера, но именно оно стало прообразом современно бикини. «Меня всегда напрягало, что голое тело считается чем-то постыдным. Отнимать у человека право на наготу – своего рода фашизм, – считал дизайнер. – Уважать женщину, равно как и мужчину, значит дать им возможность быть свободными во всем».

В своих следующих коллекциях Руди продолжил продвигать стиль унисекс и использовал в работе винил, целлофан и пластик, в то время как остальные дизайнеры предпочитали работать с натуральными тканями. В 1970-м Гернрайх представил общественности свободный вязаный кафтан с высоким горлом, который скрывал все гендерные различия и одинаково хорошо смотрелся и на мужчинах, и на женщинах. Когда дизайнера спросили, в чем смысл этого его творения, он ответил, что «предвидит тренд на равноправие мужчин и женщин всех возрастов и национальностей и хочет участвовать в создании будущего уже сегодня».

За несколько лет до этого, находясь на пике славы, дизайнер закрыл свой шоурум, объясняя это «моральным истощением». Еще через несколько лет Гернрайх стал говорить в интервью, что совсем скоро само понятие «мода» перестанет существовать. «Мода уже практически мертва, это слово перестает иметь значение. Оно символизирует неправильные ценности: снобизм, стяжательство, богатство. Мода антисоциальна», – говорил Руди. Этими словами он фактически похоронил интерес модных критиков к себе, добровольно уйдя в тень.

Конечно, Гернрайх не забросил любимое дело, но имя дизайнера появлялось в журналах все реже и реже. В 70-е он придумал костюмы для британского научно-фантастического сериала «Космос: 1999» и стал производить стринги, которые вызвали у общественности шок. Но, по мнению Руди, только их можно было носить под его «очень облегающими вечерними платьями из трикотажа». Последняя коллекция одежды Руди Гернрайха вышла в 1981 году. После этого он переключился на продукты питания: придумал несколько супов, один из которых – холодный суп, который подается в перце, украшенный икрой и долькой лимона, до сих пор можно встретить во многих ресторанах.

Руди Гернрайх умер от рака легких 21 апреля 1985 года. Вскоре после этого Пегги Моффит дала интервью, в котором называла его «модным пророком». «Сконцентрировавшись на скандальном монокини, модные критики упускали, что Руди за несколько лет до Ива Сен-Лорана придумал легендарный трапециевидный силуэт и выпустил пальто-оверсайз из твида задолго до того, как их стала делать Нина Риччи, – говорит модель. – Он был человеком из будущего, случайно угодившим в эпоху, где его не могли оценить по достоинству».

Мария Крамм



https://jewish.ru/ru/people/business/188758/



Tags: бизнес, общество
Subscribe
Buy for 20 tokens
Все уже наверняка видели ролик, где дамочку не пустили на борт самолета авиакомпании Победа, которая летела в Чебоксары на похороны родственников. Фото: Яндекс Картинки Если кто-то ещё не успел посмотреть, то вот этот ролик: После просмотра ролика у меня самого очень двоякое чувство.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments